Путешествие Незнайки в Каменный город. Игорь Носов – Детские сказки читать на ночь Путешествие Незнайки в Каменный город. Игорь Носов – Детские сказки читать на ночь
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (1 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...

Путешествие Незнайки в Каменный город. Игорь Носов

Страницы: 1 2 3


Путешествие Незнайки в Каменный город. Игорь Носов

Путешествие Незнайки в Каменный город

 1. Как Незнайка сам себя назначил капитаном

В Цветочной городе увлекались искусством, изучали науки, любили ходить в театр и на выставки, играть в футбол, ухаживав за цветами… Но больше всего малышам и малышкам нравилось путешествовать.

Особенно популярными путешествия стали после полёта на воздушном шаре в Зелёный город, поездки Незнайки, Кнопочки и Пестренького в Солнечный город, после космической экспедиции на Луну.

Астроном Стекляшкин и Знайка, составили даже список путешествий на много лет вперед. И первым оказалось плавание на нескольких плотах вниз по Огурцовой реке — навстречу приключениям и опасностям.

Незнайка сразу прёдложил избрать его капитаном, как он сказал, «всей плотской флотилии».

— У нас не «плотская» флотилия, а флотилия плотов будет, — поправил его Цветик, который очень ревностно относился к чистоте коротышечьего языка.

— А ты, Цветик, не придирайся к словам. Я ничего такого плохого не говорил.

Цветик понял, что не стоит поучать Незнайку, иначе тот и его самого назовёт каким-нибудь неблагозвучным словом.

Незнайка тем временем устроил опрос других коротышек, оказавшихся рядом:

— Скажи, Сиропчик, вот ты хочешь стать капитаном нашей экспедиции?

— Что ты, что ты! — отмахнулся Сиропчик. Я плаваю плохо, я боюсь.

— Значит, ты не против, если общество изберёт меня капитаном?

— Конечно, не против… Только кто это — «общество»?

— Ну, ты, я и ещё кто-нибудь!..

Не дав Сирончику опомниться,

Незнайка ухватил за рукав бежавшего мимо Торопыжку.

— Слушай, Торопыжка, «тут общество хочет знать, куда ты так торопишься?

— Ха! Общество?! А каше общество?

— Наше: общество. Сиропчпк и я.

— Вашему обществу честно скажу… Я просто так торопился, на всякий случай…

— Ну, раз просто так, и мы тебя не задерживаем, тогда ответь: общество не против, чтоб меня назначили капитаном флотилии?

Торопыжка запутался, кто в каком обществе и нужно ли быть «за» или «против». Поэтому, чтобы не показаться бестолковым, он быстренько согласился:

— Я, Незнайка, всегда за тебя!..

— Вот и славно! Значит, все за меня.

Скоро Незнайка насчитал уже семь голосов в свою пользу. Восьмым и девятым на очереди оказались охотник Пулька и его собака Булька.

Булька тоже не возражал, повиляв хвостом. А вот Пулька на вопрос «не против ли ты?» неожиданно проворчал:

— Очень даже против. Какой из тебя капитан? Ты и матрос-то никудышный!

— Откуда ты знаешь? — растерялся Незнайка.

— Я помню, как ты с Гунькой открыл в тумане остров Незнайки, который на самом деле оказался ближайшей отмелью за поворотом реки.

Новоиспечённый капитан покраснел, как варёный рак. Но тут же встрепенулся:

— Видишь ли, Пулечка, это совершенно разные вещи. То неудачное плавание мы предприняли с Гунькой на маленькой лодке. А сейчас мы все хотим назначить меня капитаном крупной научной экспедиции.

Пулька собрался было поспорить с Незнайкой, но рядом появился Знайка. Он увидел серьёзные лица малышей и спросил:

— Что это вы тут замышляете?

— Мы? Так… Ничего, — отозвался Сиропчик, сразу усомнившись в выборе капитана.

— Просто о плавании по Огурцовой реке беседуем, — виновато добавил Торопыжка и посмотрел искоса на Незнайку.

И Пулька собрался высказаться, но Незнайка поспешил его опередить:

— Лучшие коротышки нашего города, — указал он на смущённых Сиропчика, Торопыжку, Цветика, Пульку, — решили выбрать меня капитаном!

Знайка ожидал чего угодно, но только не этого. Он не мог скрыть удивления, однако возражать не стал. А про себя решил: «Ладно, сами передумаете, когда Незнайка дров наломает. Тоже мне — капитана нашли!»

2. Из чего строить плот?

Разумеется, для успешного плавания самое главное — надёжное судно, которое выдержит шторм и не разобьётся о какую-либо скалу.

Все серьёзно задумались: из чего строить плот?

Пулька, который большую часть времени проводил в лесу, предложил строить из веточек молодых осин и берёз.

— Нет! Я знаю материал получше! — возразил ему Винтик.

— Какой же? — спросил Шпунтик.

— Расскажу сейчас… Вовсе не надо в лес ходить, ведь наши корабли прямо из воды растут!

— Ну, это ты врёшь! — закричал Незнайка. — Там, на реке, никакие корабли не растут. Я только что с берега пришёл.

— Ошибаешься, — спокойно ответил Винтик. — Почти везде вдоль берега из воды растёт камыш. Из нет вот и надо строить. Это очень удобно. Камыш то — лёгкий и плавает поэтому хорошо. Да и работать с ним просто. Он пилится гораздо лучше дерева, и таскать его к реке не надо: сам из воды торчит.

— Точно! — восхищённо согласился Шпунтик. — Завтра же начнём заготавливать камыш и будем из него плоты связывать.

Утром действительно закипела работа. Винтик и Шпунтик на своей красной лодочке лавировали среди камыша, выбирали крупные растения и пилили их у самой воды. Потом привязывали верёвкой и буксировали к берегу. Там, на отмели, в высоких охотничьих сапогах расхаживал Пулька и отпиливал пушистые верхушки — оставались длинные, ровные стебли.

Потом за дело брались малышки: Кнопочка, Пуговка и Булавочка. Они связывали вьюнком стебли камыша один с другим, и скоро на Огурцовой реке уже покачивался первый илот.

Незнайка, который загорал в сторонке, тут же поднялся, оделся, подошёл к малышкам и сказал:

— Вот мы и построили мой флагманский плот!

— Какой? — переспросила Булавочка.

— Флагманский, то есть капитанский. С него я буду управлять всей плотилией… Но что-то я с вами заболтался, — пробубнил себе под нос Незнайка и отошёл в сторонку.

И малышки снова принялись связывать плоты.

— А ты сам куда? — спросил капитана Пулька, стоявший по колена в воде.

— Я? Пойду карты водные изучать — навигацией, значит, заниматься. Это тебе, Пулька, не камыш пилить. Но Вы тут без меня не расслабляйтесь, К вечеру надо второй плот собрать, Я вам сейчас подмогу пришлю…

Незнайка пришёл домой, отыскал Авоську с Небоськой и сказал!

— Я должен сейчас с картами разобраться, а без меня на берегу работа почти остановилась. Быстренько к реке бегите и помогите вместо меня малышкам второй плот связать!

Потом Незнайка вошёл к себе в комнату и взглянул на большую карту, которая была прибита гвоздиками к стенке.

«Чего там по карте изучать? На месте разберёмся», — решил он, повесил шляпу на гвоздь, закрыв полкарты, и лёг отдохнуть.

Через неделю на Огурцовой реке было уже шесть плотов. Первый — Незнайкин флагман.

Незнайка сказал, что его судно должно быть заметнее других.

— Надо красить все брёвнышки в разные цвета. И парус сделать радужным!

Так у тебя не плот будет, а какой-то кит-полосатик

— Хихикнул Авоська.

— Сам ты — полосатик! — отрезал Незнайка. — И вообще — не спорь с капитаном!

Второй плот — «плавучая академия искусств» — был представлен Цветиком, Гуслей, Тюбиком и приглашённым из Солнечного города фотографом Объективчиком.

Поэт, музыкант и художник надеялись почерпнуть много вдохновения, чтобы создать поэму, сочинить симфонию и нарисовать величественные пейзажи. А Объективчик расхаживал с фотоаппаратом посреди стройки, фотографировал всех и приговаривал:

— Пожалуйста, не смотрите в объектив, не обращайте на меня внимания. Я предпочитаю настоящий репортаж! Всё должно быть правдоподобно — как в жизни!

Над мачтой плавучего госпиталя развевался флажок с красным крестом. Такие же крестики были на шапочках всей команды: на белом колпаке самого Пилюлькина, Торопыжки, которого за его непоседливость и спешку стали звать «скорой помощью», и на шляпках гостей из Зелёного города — Медуницы и её ученицы Пчёлки. Обе малышки присоединились к экспедиции лишь накануне, так как задержались на съезде лекарей в Змеевке. Приезд Медуницы и Пчёлки очень порадовал всех малышей и малышек, потому что скучный госпиталь начал преображаться в санаторий. Хотя Пилюлькин сделал значительные запасы касторки, постепенно касторочный запах уступил место запаху более приятному — медовому, ведь Медуница, если помните» все болезни лечила мёдом.

Пчёлка ещё расставила везде вазончики с живыми цветами и повесила забавные плакатики, где с разными шутками напоминалось, как лучше чистить зубы, почему необходимо мыть руки с цветочным мылом и что ни в коем случае нельзя пить некипяченую воду из Огурцовой реки.

Походная кухня, над которой поднимайся дымок и распространялся вкусный запах еды, была в руках Пончика, Сиропчика и малышек по имени Карамелька и Пышечка. Они покрасили надстройку, где помещалась кухня (по-морскому — камбуз), бежевой краской а на стенах и крыше Пышечка нарисовала разные чашечки, тарелочки, ложечки, бублики, конфеты и фрукты. Вдобавок над мачтой подняли флажок с известным афоризмом Пончика «Режим питания нарушать нельзя!»

Читайте также:  Морские сказки

Плот Знайки и Стекляшкина, наоборот, стал воплощением строгости и учёности. Он был выкрашен тёмной краской, а парус был просто белым. На мачте развевался флажок с надписью «Знание — сила».

Когда Кнопочка спросила, почему Знайка не хочет украсить своё судно поярче, он объяснил:

— Наш корабль — научная лаборатория. Здесь ничего не должно отвлекать от размышлений. К тому же, чтобы наблюдать за насекомыми, рыбами, птицами и разными зверями, надо быть незаметным. Тогда никто из животных не будет путаться и можно будет приблизиться к ним совсем близко.

Караван замыкала плавучая мастерская Винтика и Шпунтика.

Из сарайчика, который находился за каютами на корме, уже слышался звон и скрежет, стук молотка и жужжание сверла.

« Чего это вы там мастерите? — кричал им Пончик.

— Летательный аппарат, — гордо отвечал Шпунтик. — Сиропоплан. Он нам поможет в исследованиях!

— А ещё его можно использовать, чтобы во время плавания горячий обед доставлять из кухни на другие плоты, — обрадовались Карамелька и Пышечка.

— Вот это верно! — подтвердил Пончик, восторженно глядя на соседний плот Винтика и Шпунтика, который был похож скорее на космический корабль, случайно приводнившийся на Огурцовой реке.

На палубе везде были закреплены какие-то приспособления: подъёмный кран, лебёдка, очаг, кузнечные меха, токарный станок и множество других устройств, назначение которых знали только сами мастера…

Коротышки посмеивались, говоря:

— Это не корабль, а какой-то механический ёжик — без головы и без ножек!

И правда, плот очень смахивал на ощетинившегося ежа, особенно когда Винтик установил в разных местах несколько длинных антенн, спутниковых тарелок и солнечные батареи.

Даже серьёзный Стекляшкин не выдержал и пошутил:

— Слетать в космос собрались?

— Нет, — ответил Шпунтик. — Просто всё это — для хорошей радиосвязи с Цветочным городом и на случай встречи с инопланетными коротышкоидами.

Стекляшкин только крякнул от удивления.

Словом, флотилия была готова, научные приборы собраны, ремонтные инструменты исправны, провизия загружена!

— Теперь мы можем отправляться в путешествие, — объявил Незнайка. — Назначаю отплытие на завтра, с восходом солнца!

 3. Отплытие задерживается

Наутро, ещё затемно, на берегу собралось множество жителей Цветочного города. Все хотели посмотреть, как отчалит от берега флотилия.

Ждали приказа Незнайки с флагмана. Но флагман почему-то молчал.

Уже солнце показалось над зарослями огурцов, а капитан всё не появлялся.

— Видно, с картами ещё не разобрался, — предположил Гунька, обращаясь к экипажу — Кнопочке и её подруге Лапочке.

В этот момент луч солнца заглянул в Незнайкино окно и наконец его разбудил. Незнайка открыл глаза, потянулся, сладко зевнул и произнёс: «Трудно быть капитаном — даже поспать некогда!»

Он оделся, нацепил шляпу, снял со стены карту и свернул её трубочкой — «На что-нибудь сгодится. Можно, к примеру, как в подзорную трубу смотреть».

Незнайка вприпрыжку побежал к берегу и был сильно удивлён таким скоплением малышей и малышек. Он совсем забыл, что сам назначил отплытие на рассвете.

— Слушай, Авоська, — обратился Незнайка к приятелю, — а чего все на берегу в такую рань толпятся?

— Как — чего?! Тебя ждём! Ты объявил, что отплываем на

рассвете!

— Ну?! А я и забыл… Вернее, заработался, знаешь, ночью. Всё карту изучал, — оправдался Незнайка и, изобразив на лице ужасную усталость от бессонной ночи, закричал: — Братцы, наша экспедиция начинается! По местам стоять! Поднять якоря! Отдать швартовы! Авоська, Небоська, Молчун и Ворчун стали отвязывать стебельки плюща, которыми были привязаны плоты к большущим огурцам, лежащим наполовину в воде. Но в этот миг из зарослей выскочил Пачкуля Пёстренький и закричал:

— Незнайка, Кнопочка, Лапочка! А как же я? Я тоже хочу с вами пу- тешествовать!

— Где же ты был всю эту неделю? — спросила его Кнопочка.

— Я в Зелёный город уезжал. Помогал малышкам делать цветочные клумбы!

— Незнайка, — сказала Кнопочка, — думаю» мы обязаны взять с собой Пёстренького. Вспомни, как здорово мы путешествовали втроём в Солнечный город!

— Хорошо! Я не против… Давай, Пёстренький, прыгай к нам!

— Стой! — вдруг завопил Пилюлькин. — Нам не нужен такой гряз- нулъка. Сейчас же умойся!

— Ладно, ладно, Пилюлькин! — проговорил Пёстренький, уже вскочив на флагманский плот, — Сейчас умоюсь… И даже руки с мылом вымою.

Пёстренький, которого в тот миг и правда можно назвать только Пачкулей, встал на четвереньки на краю плота и начал умываться. Но как только он наклонился, у него из всех карманов курточки посыпались семена разных цветов и растений.

— Ты, Пёстренький, как настоящий садовник! — сказала Лапочка.

— Нет. Я только помогал настоящей садовнице — малышке Леечке. Она — самый известный специалист по цветам во всём Зеленом городе. Мы вместе сажали эти семена, вот у меня и осталось их

много в карманах…

Пёстренький собрал семена и снова распихал их по карманам куртки и брюк.

Тем временем Пчёлка нашла Пачкуле цветочное мыло, и он хорошенько отмылся.

— Теперь я спокоен! — сказал Пилюлькин. — В длительных плаваниях надо особенно следить за чистотой!

Малыши и малышки на берегу замахали руками и «кричали:

— Счастливого пути! Возвращайтесь поскорее! Мы будем скучать!

— Вот откроем новые земли и вернёмся! — ответил за всех Незнайка, входя в роль начальника экспедиции.

4. Репортаж о плотокрушении

Флотилия у коротышек получилась изумительная. Шесть плотов растянулись цепочкой по зеркалу воды. С отражениями их становилась двенадцать.

Так как все дали волю своей фантазии, то плоты получились не похожими друг на друга. Над их разноцветными парусами летали бабочки и стрекозы, иногда садясь отдохнуть на краешек плота.

Знайка тут же принялся за работу. Он делал беглые зарисовки стрекоз, приговаривая:

— Никогда так близко не видел стрекозу. А ведь она столь удивительно создана природой, что, если внимательно присмотреться, можно и стрекозолёт сконструировать запросто!

А кругом была красота неописуемая! Цветик всё же попытался изложить первые впечатления в своём дневнике:

«Вокруг нас раскинулись луга. Стройные травинки ещё подёрнуты росой, которая преломляет солнечный свет и сверкает, как бриллиантики. Над водой стелется лёгкий туман и придаёт всему какую-то сказочность. Кажется, будто алмазная роса висит прямо в тумане… А запах! Запах, который исходит от разных трав и цветов! Я просто не могу описать его! Это благоухание, которого я раньше никогда не чувствовал даже на родной улице Колокольчиков». В обед, чтоб не сбавлять темпа и не останавливаться, среди бабочек и стрекоз стал летать ещё и сиропоплан. На нём Карамелька в специальном термосе развозила по экипажам горячий обед и холодное мороженое.

Тем временем флотилию уносило от Цветочного города всё дальше и дальше вниз по реке. Пейзаж начал меняться. По берегам не было уже такой буйной растительности. Лишь у самой воды травы, кустарник и молоденькие ивы были зелёными и сочными, а дальше по обе стороны раскинулась степь. Там трава была достаточно сухой, желтовато-бурого цвета.

— Мне даже кажется, что мы доплывём до пустыни, — сказал Знайка.

Но вскоре Огурцовая река стала петлять меж невысоких холмов. Один берег — низкий, с заливными лугами, а другой — крутой и высокий. В некоторых местах река становилась уже, глубже и быстрее.

Незнайка расхаживал по палубе и приговаривал:

— Так-то лучше. А то плетёмся, как на телеге.

Но Пёстренький не разделял восторга капитана:

— Чего же хорошего? Смотри, как быстро нас несёт! Вдруг за очередным поворотом из воды скала торчит? Бух! — и вдребезги!

— Не бойся! Я опытный капитан. Как только увидим впереди скалу, сразу начнём грести вёслами и в сторону уйдём!

Надо заметить, что каждый плот был оборудован не только парусом, но ещё и двумя большими вёслами, рулём и даже моторчиком на газировке, который мог крутить винт из скорлупы лесного ореха.

Команда успокоилась, поверив в своего капитана. Никто и не предполагал, что впереди их ждёт совсем другая опасность, куда более коварная, чем просто торчащий из воды камень…

Как только флагман скрылся за поворотом и остальные команды потеряли его из виду, оттуда донеслись тревожные крики Незнайки, Пёстренького, Гуньки, Лапочки и Кнопочки.

— Что с ними? — забеспокоился Цветик.

— Верно, беда! — отозвался Гусля.

— Сейчас мы к ним подплывём и поможем, — добавил Тюбик, бросая палитру и кисточку.

Только Объективчик, наоборот, нырнул в каюту и, выскочив оттуда с двумя фотоаппаратами, закричал:

Читайте также:  Философские сказки

— Ничего не предпринимайте! Сначала я должен сделать репортаж о плотокрушении!

Но не успел он этого досказать, как всем открылась страшная картина.

Незнайкин плот, задрав корму и беспомощно крутя винтом в воздухе, бешено вертелся вокруг собственного носа, как волчок. А весь экипаж, уцепившись кто за что мог, болтался на мачте, вёслах и поручнях.

— Водоворот кричал Незнайка.

— Нас засасывает под воду! — визжала Кнопочка.

— Я плохо плаваю! — расплакалась Лапочка. А-а-а!..

— Не бойтесь! — закричал Объективчик, забыв о «деле».

Он бросил на палубу свои фотоаппараты и стал разматывать канат, чтобы кинуть его терпящим бедствие.

Правильно! Привязывай канатом, а мы сейчас обойдём справа и вытащим их плот вниз по течению.

К месту крушения уже подплывали и другие.

Знайка со Стекляшкиным и Винтик со Шпунтиком, замыкавшие экспедицию, оценили правильнее решение «академиков». И вся флотилия, соединённая канатами, как ни буксире, вырвала флагман из объятий водоворота.

Потрёпанный и потерявший с палубы все незакреплённые вещи, плот Незнайки опять ровно поплыл по реке, но уже последним на этот раз.

— Теперь я понимаю, почему скалолазы выбираются на гору в связке, на канате. Если один сорвётся вниз, то другие его спасут, — сказал Незнайка Гуньке.

— Верно, верно! — подтвердила перепуганная Лапочка, — Я думаю, нам теперь и плавать лучше в связке, чтоб никто не затонул.

Близилась ночь, и караван пристал к берегу. Скоро утомлённые малыши и малышки уже спали.

Некоторые во сне ворочались и вздрагивали, переживая ещё раз дневные приключения. А Лапочка даже вскрикивала во сне: «Я плохо плаваю!..»

Но вот и она успокоилась и тоже крепко заснула. Стоило хорошенько отдохнуть — впереди были новые приключения.

 5. Вперёд!

Утро было тёплое и приветливое. Природа будто говорила нашим путешественникам: «Не бойтесь опасностей! Вперёд! Если будете дружны, то преодолеете все трудности и сделаете интересные открытия!»

Малыши и малышки словно чувствовали это: просыпались с улыбками и полные желания плыть вперёд.

Незнайка ударил в колокол на мачте — и флотилия тронулась в путь.

Каждый занимался своим делом. Только один из экипажа — вахтенный — следил за фарватером: если необходимо было плыть левее или правее, то поворачивал руль на корме; если надо было ускорить движение — устанавливал парус по ветру или включал ненадолго моторчик.

Тем временем другие члены команды могли целиком посвятить себя исследованиям, творчеству или просто отдыху. Некоторые даже купались, обвязав себя предварительно верёвкой, прикреплённой к борту, чтобы не отстать.

Незаметно за работой и отдыхом прошёл второй день.

К вечеру, когда на небе появились звёзды, астроном Стекляшкин определил по ним местонахождение флотилии и объявил:

— Мы, братцы, далеко уже от нашего города: эти места совершенно нам незнакомы.

— Я чувствую, нас ждут приключения, — мечтательно сказала Карамелька.

— Точно, — подтвердила Пышечка. — Хочется чего-то такого… А всё время только кухня!

И каждый стал мечтать о своём.

Пжлшлькин, Медуница и Пчёлка заговорили, конечно, о медицине, о том, что если они встретят других коротышек, то обязательно побеседуют с их врачами: может у них есть третий метод лечения всех болезней, а не только касторкаи мёд.

Стекляшкин и Знайка, мечтали поспорить с астрономам и о том, есть ли коротышки на Марсе.

— И не надо отвергать другие мнения, — сказал астроном Стек- ляшкин.

— Конечно, — согласился Знайка. — Только в научном споре рождается истина.

Совсем о другом творили Кнопочка ж Лапочка.

— А банты они заплетают в косы, как ты думаешь?

— Не знаю. Может они делают только хвостики и тоненькие косички!

За такими разговорами экспедиция высадилась на берег. И Винтик со Шпунтиком стали готовить бивуак — походный лагерь.

Для этого был изготовлен огромный шатер, как цирк-шапито.

Под его куполом поставили походную кухню и столы. Скоро на всю степь запахло всякой вкуснятиной — Пончик и Пышечка готовили кушанья по собственным рецептам. Может быть еда была самой обычной, но у всех так разгулялся аппетит от свежего воздуха и впечатлений, что предстоящий ужин казался гораздо вкуснее обычного.

Многие коротышки свободные от дежурства, искупались в теплой вечерней воде и легли отдохнуть на травке.

Над ними было бездонное тёмное небо. Звёзды казались огромными. Они мягко мерцали в вышине. А так как от реки поднимались испарения, то весь воздух будто шевелился, и звезды то тускнели, то вспыхивали ярче. А Кнопочка, которая сидела вместе с Незнайкой на пригорке в сторонке, даже сказала

— Ты видишь — вон та звезда нам подмигивает!

— Да ладно! — отозвался Незнайка. — Звёзды неживые, они не могут моргать!

— Ты ошибаешься. Они очень даже живые, ведь на них, наверное, живут другие малыши и малышки — вроде нас.

И звезда действительно подмигивала Кнопочке и Незнайке, как бы говоря; «Протяни руку и дотронься до меня!»

После ужина бивуак затих.

6. Загадка пустыни

На другой день путешественники, как и предполагал Знайка, плыли уже среди настоящей пустыни. Странно было видеть пересохшую землю по берегам полноводной реки.

На некоторых малышек и малышей такой пейзаж наводил тоску.

— После Цветочного города, — сказала Кнопочка, — эта пустыня выглядит ужасно.

Тут все вспомнили уютные улочки Цветочного и особенно Зелёного города.

Незнайка тоже сник.

— Всё какое-то мертвое, — сказал он Гуньке оглядывая местность в подзорную трубу.

— Вовсе не мёртвое, — ответил Гунька. — Смотри» вон черепаха ползёт, а там — ящерица. Да и кактусов кругом много. Некоторые даже цветут. Может быть, и птички здесь какие-нибудь летают, — со слабой надеждой в голосе предположил Гунька.

— Никто здесь не летает, — проворчал Незнайка. — Здесь только черепахам ползать!

Но вдруг, ко всеобщей радости, над плотом — с берега на берег — плавно пролетел сверкающий, как неоновая реклама, жук-скоробей.

— Я же говорил — хоть кто-нибудь да летает! — обрадовался Гунька.

Знайка и Стекляшкин в это время были заняты более серьёзными наблюдениями. Они заметили, что от основного русла реки с какой-то неестественной ритмичностью отходят в стороны каналы. Да, именно каналы, а не какие-нибудь ручейки! Чувствовалось, что всё было построено разумными существами. Каналы были одинаковые, совершенно прямые, и перед каждым из них были сооружены плотины с механизмом, похожим на шлюз.

— Уверен, что это специальная система каналов для орошения пустыни, — сказал Стекляшкин.

— Я тоже так думаю, — подтвердил Знайка. — Однако почему все каналы пересохли? Кажется, ими уже не пользуются очень давно. Но кто же мог построить такие сложные сооружения?

Стекляшкин многозначительно посмотрел на небо, задумался, почесал за ухом и сказал:

— А может, это эти?!

— Кто — «эти»? — не понял Знайка.

— Ну, эти… — смущённо повторил астроном и указал большим пальцем в небо.

— Пришельцы?

— Да. Инопланетяне. Коротышкоиды!

От Стекляшкина Знайка не ожидал такого фантастического объяснения, но сам засомневался.

«Кругом ничего и никого нет насколько хватает глаз, — думал он. — А чтобы выстроить десятки таких каналов, надо много времени и сотни или тысячи опытных строителей. Откуда же они пришли и куда потом ушли? Да и зачем всё это строили?»

На стоянке в тот вечер только и было разговоров и споров о таинственных каналах и возможной встрече с пришельцами из космоса.

Масла в огонь подлил Винтик. Он заявил, что когда на закате поднялся в воздух на сиропоплане и облетел окрестности, то был поражён увиденным. Оказывается, каналы отходили от реки в обе стороны, а дальше они были соединены под прямым углом с другими каналами, параллельными реке. Таким образом, пустыня с оросительной системой напоминала огромный лист бумаги в клеточку.

— Кое-где, — рассказывал Винтик, — в этих квадратах между пересохшими каналами видны заброшенные поля, засохшие пальмовые рощи погибшие фруктовые сады.

— А может мы открыли остатки древней цивилизации? — спросила восторженная Кнопочка.

Она взахлёб читала книги но истории» и теперь всё когда-то прочитанное вспомнилось ей. И она представила себя великим археологом.

— Разгадка — впереди, — заявил Знайка — Поэтому предлагаю как следует выспаться. Утро вечера мудренее!

Все спали и видели сны о замечательных открытиях и космических пришельцах — коротышкоидах.

7. Мираж

Утро выдалось прохладное и туманное. С первыми лучами солнца, которые превращали молоко тумана в абрикосовое желе, как заметил Сиропчик, караван тронулся дальше, вниз по реке.

Незнайка стоял на носу флагмана и пристально всматривался вперёд. Ему казалось, что вот-вот перед ним откроется какая-то сказочная страна, которую он даже не мог себе вообразить, — до того она будет необычна и красива.

Читайте также:  Сказки для подготовки к школе

Тут абрикосовое желе растаяло. А впереди по-прежнему была только пустыня.

Среди дня весеннее солнце прогрело землю уже по-летнему, и к вечеру горячий воздух от раскалённого песка поднимался вверх — будто лилось расплавленное стекло. Чудилось, что линия горизонта ожила и постепенно растворяется в мутно-сером небе.

В одном месте марево на горизонте было особенно густое. Незнайка вскинул подзорную трубу и стал вглядываться вдаль. Ему показалось, что равнина там переходит в горы. Только форма у них была странная — очень правильные пирамиды, конусы, кубы, шары.

— Скалы какие-то необычные! — пробормотал Незнайка. — Прямо как из кубиков сделаны!

— Дай-ка взгляну, — попросил Пёстренький и посмотрел в подзорную трубу. — Верно, необычные скалы… Может, это дома такие? Вдруг это город: помнишь, какие были удивительные дома в Солнечном городе?

— Какой же город в пустыне?! — возразил Гунька. — Просто вы перегрелись на солнышке, и у вас теперь галлюцинации, видения то есть. А может, это настоящий мираж — зрительный обман. В пустыне в жару такое часто случается.

Но шло время, а видение не пропадало — наоборот, уже и другие малыши и малышки даже без подзорной трубы могли наблюдать нагромождение каких-то серых сооружений. Стало ясно, что впереди — действительно город, будто выстроенный из огромных кубиков.

— Удивительно! — воскликнул Пёстренький. — Там совсем не видно ни зелени, ни цветов.

— Ну откуда же им взяться в пустыне? — сказал Незнайка.

Скоро уже можно было различить форму зданий. Все они и правда были похожи на пирамиды, кубы и конусы, шары и призмы. Всё было серым — видимо, целиком из бетона, и лишь в некоторых местах поблёскивало стекло. Высокие здания образовывали между собой неширокие улицы — каньоны.

— Смотрите! Видите? — закричала Кнопочка. — Там, среди домов, летают какие-то огромные бабочки!

Действительно, над городом мелькало что-то вроде бабочек.

Так как все уже долго разглядывали город-мираж, и плоты пристали один к другому, образовав пёструю гусеницу на воде, решено было причалить к берегу и посовещаться, что делать дальше.

Все, кроме вахтенных, спрыгнули на берег и собрались в кружок. Астроном Стекляшкин, которого очень занимала мысль о возможной

встрече с коротышками с другой планеты, поспешил заявить:

— Уверен, братцы: перед нами поселение пришельцев. Там, — он указал рукой на город, — живут космические коротышкоиды.

— Почему ты так думаешь? — спросила Кнопочка.

— Тут и думать особенно нечего: откуда же иначе в пустыне такой город, как не из космоса?

— Совсем, Стекляшкин, ты помешался на пришельцах, — ввернул Незнайка. — Тебе, небось, просто хочется прославиться среди учёных?

— Вовсе я не думаю о славе… Меня интересует только наука, — отозвался астроном, но уже не так бойко, потому что на самом деле у него была такая мечта — встретить космических пришельцев и увековечить в науке своё имя, а пришельцев назвать стекляшкоидами.

В разговор вмешался Знайка:

— Считаю совершенно неважным спорить о том, кто живёт в городе. Надо сначала выслать вперёд Винтика на сиропоплане, и если он вернётся от них с приглашением — отправиться всем в этот город.

Винтик и так уже собирался в полёт.

— Само собой, я лечу туда. Ведь они тоже там порхают на каких-то самолётах-бабочках. Может, прямо в воздухе и познакомлюсь, — прокричал, отлетая, механик.

8. Почувствуй космос!

Когда пилот на сиропоплане приблизился к городу, он ещё раз удивился, что там не было никаких растений, а архитектура была похожа на объёмный учебник геометрии. Среди домов-кубиков сновали по улицам- каньонам коротышки, ездили похожие по форме на улиток автомобильчики, а над ними летали серебристые, явно механические бабочки, у которых вместо туловища были устроены кресла — люльки для лётчиков.

Вскоре появление Винтика в воздушном пространстве было замечено местными пилотами и пешеходами. Они с огромным любопытством рассматривали неопознанный летающий объект. Жители стали собираться кучками, задирать головы, показывать на сиропоплан пальцами и спорить о чём-то между собой.

Винтик тем временем выбрал место для посадки и спикировал на площадь, уставленную всё теми же шарами, конусами, призмами и цилиндрами, только, в отличие от домов, маленького размера — в рост коротышки.

Как только яркий сиропоплан приземлился, к нему сразу побежали любопытные. С разных сторон стали слетаться механические бабочки, на сереньких крылышках которых были написаны какие-то непонятные сокращения: ТКГ, КТРС, ВТ+. Из кресел-люлек выскакивали коротышки в необычных шлемах, прямо над которыми были закреплены, очевидно, видеокамеры, а у рта помещался ещё и микрофон. При этом все они стали наперебой говорить в свои микрофоны совершенно одинаковые тексты, вроде такого: «Наша телекомпания первой прибыла на место приземления инопланетянина».

«Во завирают! Никакой я не инопланетянин», — подумал Винтик.

«Это невероятное, интереснейшее событие…», — продолжали комментаторы.

Другие коротышки пытались пощупать сиропоплан или самого Винтика, который и правда здорово смахивал на инопланетянина в костюме с множеством карманов на молниях, в шлеме и очках-консервах, которые он всегда носил, особенно, когда ездил на газированном автомобиле или летал как теперь, на Сиропоплане.

В отличие от местных жителей Винтик сразу понял, что рядом вовсе никакие не инопланетяне, а просто такие же коротышки, как в Цветочном, Зелёном или Солнечном городе. Все они говорили, на самом обычном коротышечьем языке.

Но сам механик продолжал молчать, не успев ещё снять шлем и очки, и этим давал всем возможность надеяться что перед ними астронавт.

Тут телевизионщики. как уже успел сообразить Винтик, опять наперебой стали высказывать самые нелепые предположения соревнуясь в своём незнании и поспешных выводах.

— Уважаемые телезрители! — пищала одна малышка телевизионщица

— Благодаря нашей телерадиослужбе вы стали в Каменном городе первыми, кто мжет наблюдать космического гостя.

— Дорогие друзья! — пытался перекричать её другой, мастер теленовостей, стараясь оттолкнуть телевизионщицу и загородить от неё Винтика, чтобы не дать зрителям не его телеканала хоть что-нибудь увидеть. — Только наш канал — «Телевидение Каменного города» — показывает уникальные кадры о прилёте чудо-коротышки с другой планеты. Перед вами робот. И вместо головы у него устройство с фантастическими иллюминаторами- глазами.

Винтику было забавно наблюдать за всей этой заварухой. И он не спешил разочаровывать, жителей Каменного города своим земным происхождением. Он прислушивался и присматривался к происходящему.

Все местные жители были одеты очень похоже. Мало того, что одежда малышек и малышей выглядела почти одинаковой, Она ещё была удивительно невыразительна,

На всех были широченные брюки, со множеством карманов —

и на бёдрах, и на коленках, и под коленками, и даже у самых башмаков.

«Видно, им всё время приходится носить в карманах гвозди, гайки, клещи, отвёртки, молотки», — решил сначала Винтик, но позже заметил, что карманы у всех были пустыми.

Поверх бесформенных штанов с никчёмными карманами на всех были такие же бесформенные балахоны навыпуск, которые жутко уродовали фигуры, особенно у малышек. А они, судя по всему, были от природы очень стройненькими.

«Чудно, — думал Винтик. — Зачем они делают себя такими некрасивыми и одинаковыми? Наверное, в этом есть какой-либо смысл. Но почему и цвета одежды у них такие противные: серый, грязно-бежевый, коричневый? И для чего они носят такие явно неудобные ботинки на толстенной подошве, напоминающей копыта нашей коровы Ириски?»

Тем временем комментаторша с канала ТКГ уже ощупывала шлем Винтика, сделанный из скорлупы самого обычного земного жёлудя, и продолжала пищать в микрофон:

— Видите, мои любимые телезрители, я прикоснулась к шлему астронавта. Я ощущаю совершенно внеземной, космический материальчик. Чтобы вы вместе со мной прикоснулись к космосу, прерываем репортаж для рекламы суперсовременных, таких же, как у пришельца, материалов и тканей фирмы «Лунатик», девиз которой — «Почувствуй космос!»

Здесь уж Винтик не выдержал всей этой суеты, стащил с головы шлем, пригладил рукой волосы и сказал:

— Привет, братцы!

Кругом все затихли. И только телевизионщик ещё какого-то канала продолжал говорить в свой микрофон:

— Во лопухнулись!.. Дорогие телезрители, вы смотрите нашу научную программу «Очевидное — невероятное»!

Тут Винтика обступили ещё плотнее и стали наперебой спрашивать, как его зовут, откуда он, как залетел в их город.

Никто не заметил, как наступил вечер. Винтик зажёг прожекторы на сиропоплане и отправился обратно к путешественникам с приглашением плыть в город завтра утром.

На бивуаке все стали чиститься, мыться, гладить одежду, чтобы утром уже не тратить на это время.

Страницы: 1 2 3

Добавить комментарий